Разделы



Проблемы российского менеджмента.

1. Поддержка предпринимательства и малого бизнеса, мотивирование экономической активности в сфере производства.

Для российских предприятий необходимо поддержание и развитие научно-технического потенциала и связанного с ним кадрового потенциала, поддержание соответствующего уровня производства. Здесь нельзя не отметить проблему значительного старения основных фондов. Для ее решения требуются немалые средства.

Инвестиции предполагаются как в действующее производство (его диверсификацию и развитие), так и в новое. В данном случае обнажается еще одна проблема - инвестиционный кризис.

Данный вопрос будет рассматриваться не в ракурсе трудностей инвестиционной деятельности менеджеров, а в ракурсе проблемы государственной поддержки предпринимательства и малого бизнеса, а также мотивирования экономической активности в сфере производства.

В странах с рыночной экономикой инвестиционные кризисы обычно связаны с циклическим характером научно-технического прогресса. Обвальный инвестиционный спад в России в значительной мере является результатом многолетнего отсутствия этой связи. Успешный выход из него возможен лишь на рыночной, инвестиционной основе.

Кризис в России наиболее болезненно затронул сферу капиталовложений. В любой стране специфика управленческих решений в этой сфере, особенно на стадии их разработки, состоит в следующем: с одной стороны, инвестиционная стратегия ориентируется на долгосрочные проекты, воплощающие НТП, и на усиление будущей конкурентоспособности, а с другой стороны - менеджмент стремится максимизировать прибыль и дивидендские выплаты в более короткие сроки. Объективный конфликт между стратегическим инвестиционным управлением и оперативным руководством не должен быть чрезмерно длительным и глубоким.

Известно, что инвестиционный процесс никогда не отличается монотонностью,   но    в   развитых   странах   наиболее    значительные    кризисы воспроизводства всегда связаны с изменениями магистральных направлений научно- технического развития, принципиальными структурными сдвигами. Так, затянувшаяся инвестиционная пауза в середине 70-х годов была сигналом к началу нового технологического уклада, переходу к новым экономическим структурам. На поверхности этот период выглядел кризисным, с вялыми инвестициями, даже с их падением.

Во всех развитых странах, начиная с середины 60-х годов, рост инвестиций опережал рост прибылей. Стремление компенсировать падение прибылей, не допустить заметного уменьшения дивидендских выплат, а также снизить риски инвестиционных решений привело в итоге к сокращению использования радикальных технических нововведений. Это проявилось в снижении эффективности традиционных технологий, замедлении роста технических параметров и продолжалось до тех пор, пока не сработали ценовые рыночные механизмы и не разразился самый глубокий за послевоенный период экономический кризис середины 70-х годов. Корпорации были вынуждены искать принципиально новые решения, которые были бы способны дать мощный импульс для подъема в инвестиционной сфере.

п»ї

Начало выхода из инвестиционного застоя существенно запаздывало по сравнению со сроками выхода из общеэкономического кризиса. В США, например, промышленные капиталовложения превзошли докризисный (1973 г.) уровень лишь в 1978г. Важнейшей чертой этого периода была модернизационная направленность инвестиций на новой технической базе. Радикальная технологическая реконструкция заняла в США не менее 7-8 лет, в Западной Европе этот этап растянулся до середины 80-х годов, в Японии он был несколько короче.

Вообще спад и выход из него - крайне ответственная фаза экономического цикла в любой рыночной экономике. Именно во время спада происходит сброс неэффективных, устаревших производств, санация предприятий. На этой стадии разрабатывается будущая рыночная стратегия, идет интенсивная инновационная деятельность, предваряющая инвестиции. Это болезненная стадия, так как производитель адаптируется к новым условиям.

В течение кризиса 70-х годов основные усилия по преодолению инвестиционного застоя предпринимались исследовательскими подразделениями самих корпораций. Именно они осуществляли поиск базисных нововведений в перспективных направлениях, связанных с автоматизацией, электроникой, лазерной техникой и т. д. Как показали последующие годы, эти поиски были успешными, поскольку в 80-е годы наступила стадия технологического обновления.

В этот период роль государства состояла не в том, чтобы вытаскивать нерентабельные производства (как это делается в России), а в том, чтобы оздоровить финансовую ситуацию, помочь оживить инновационную деятельность еще до финансирования крупных инвестиционных проектов. Государство как бы кредитует нововведения под будущие эффективные структурные сдвиги.

В мировой практике использовались также более сильные и прямые меры со стороны государства по стимулированию инвестиций. Так, в первые послевоенные годы в Западной Германии был успешно задействован Закон об инвестиционной помощи, в соответствии с которым из отраслей легкой промышленности, вставших на ноги благодаря быстрой окупаемости средств в условиях отложенного потребительского спроса, в принудительном порядке производились отчисления в пользу отраслей тяжелой промышленности именно на инвестиционные цели.

Курсы Форекс - это хорошая перспектива для Тебя подготовиться к прибыльной работе на бирже Forex!

В целом же арсенал рыночных механизмов и государственной поддержки в кризисных ситуациях хорошо известен: приостановка инфляции, удешевление кредита, изменения в системе налогообложения. Неизменно важным фактором является также достаточный уровень сбережений у населения при развитом финансовом рынке в условиях социальной и политической стабильности.

п»ї

Примечательно, что преодоление самого масштабного инвестиционного кризиса 70-х годов завершилось серией глубоких налоговых реформ. Для того чтобы налоговая политика стала элементом стимулирования инвестиционной активности с нацеленностью на НТП, понадобилось почти десятилетие. В США, например, налоговые реформы проводились в течение 80-х годов в два приема. Налоговая реформа 1981 г. снизила налоги на прибыль для стимулирования инвестиций (к началу 80-х годов недостатки американской налоговой системы напоминали нынешние российские - сложность, запутанность, большое количество скидок и льгот, удобных для махинаций и уклонений от налогов и т. п.). Второй раунд реформ упростил всю налоговую систему, снизил максимальные ставки на прибыль с 46 до 34%. Уменьшилось вмешательство государства в процесс принятия хозяйственных решений корпорациями. В целом от этих изменений выиграли наукоемкие отрасли за счет традиционных. Аналогичные реформы проходили и в странах Западной Европы. На протяжении всех послевоенных лет в развитых странах изменения в технологиях и институциональных структурах сделали периоды спадов менее продолжительными и разрушительными.

Таким образом, в развитых странах инвестиционный кризис возникает как естественная рыночная реакция на принципиальные изменения хозяйствования.

Инвестиционный кризис в России имеет другие корни. Многие годы инвестиционный процесс носил характер монотонного наращивания крупномасштабных капиталовложений фактически без воплощенного в них НТП. Это не позволяло осуществить необходимую структурную перестройку в соответствии с мировыми тенденциями технологических и экономических изменений.

В результате в недрах экономики накопился разрушительный потенциал, а разразившийся кризис принял обвальный характер и охватил не только инвестиционную сферу, но и систему в целом. Инвестиционный комплекс, будучи наибол ее уя звимым и инерционным сектором, несет на себе особенно глубокие последствия этих разрушений. На их преодоление потребуется еще немало времени и после наступления общеэкономического оживления.

Преодоление инфляции было одним из первых шагов к оздоровлению хозяйственных процессов, однако этого оказалось недостаточно для формирования в России рынка инвестиций.

Как свидетельствует опыт других стран, даже на фоне замедления роста цен и снижения процентных ставок за кредит спрос на капиталовложения, как правило, продолжает падать (это наблюдалось, например, в Польше и Литве, где даже тогда, когда уменьшилась инфляция и была достигнута положительная процентная ставка, инвестиции по-прежнему сокращались).

В России вплоть до начала 1995 г. ставка процента вообще была отрицательной. Когда же она стала положительной, то оставалась намного выше, чем норма прибыли в сфере материального производства. Вкладывать средства в финансовые активы было намного выгоднее. Фактору снижения инфляции, в целом благоприятному для инвестирования, противостояли более мощные силы: появление и стремительный рост прежде почти неразвитых секторов услуг, отвлекавших ресурсы из материального производства (за исключением теневой экономики и некоторых экспортно-ориентированных отраслей). Таким образом, в условиях открытости и либерализма цен шел бурный процесс заполнения пустот в сфере обращения и услуг. Поэтому рынок, хотя еще далекий от зрелого и даже цивилизованного, быстрее формировался в сфере обращения и финансов, чем в материальном производстве, а тем более в его инвестиционном сегменте.

К настоящему времени сверхвысокие темпы роста прибыльности посреднических, торговых и всякого рода спекулятивных операций начинают затухать, стихает и ажиотажный спрос на "короткие" деньги. Однако до сих пор основная часть материального производства не достигла уровня прибыльности, достаточного для конкуренции с другими сферами приложения капитала. Высокая ликвидность ценных бумаг ряда отраслей и государственные ценные бумаги "перетягивают" реальные инвестиции с их рисками и длительными сроками окупаемости.

В странах с нормальной рыночной экономикой вся сфера обращения (и финансовый сектор в особенности) обслуживают процесс инвестирования, а не является конкурентом материальному производству в борьбе за ресурсы. Сейчас в России деструктивные для капиталовложений силы проявляют признаки торможения, но воздействие государства противоречиво: с одной стороны, одоление инфляции, меры по удешевлению кредита и снижению доходности государственных ценных бумаг как конкурентов инвестиционно направленных сбережений, с другой -п родолжающаяся политическая нестабильность и агрессивная налоговая политика, лишающая предприятия финансовой базы для инвестирования.

На протяжении последних лет недостатки, присущие российской налоговой системе, являются одним из самых серьезных препятствий как для иностранных, так и для национальных инвесторов. Не надо проводить каких-либо фундаментальных исследований, чтобы убедиться, что в России в настоящее время имеет место налоговый хаос, который к постоянному завышению цен, к тому, что за недостатки налогового механизма расплачивается население, несут огромные потери предприятия. По данным Министерства финансов РФ, доля налоговых и других обязательных платежей в валовом внутреннем продукте, составлявшая в 1991 году 31,8%, а в 1993 - 47,8%, в настоящее время существенно превышает половину ВВП, тогда как во Франции - 44, Италии - 39, Германии - 38, Великобритании - 37, Канаде - 35, Испании - 34, Японии - 31, США-30%.

А исследования, проведенные Комитетом по налогам и прочим сборам Союза немецкой экономики в РФ, показали, что действительная величина налога, которым облагаются предприятия, рассчитанная по принятым в международной практике правилам, составляет от 51 до 100% прибыли (при этом были учтены только самые значительные виды налогов). Хотя в налогообложении предприятий разных сфер экономики (производство, торговля, услуги) существуют отличия, в отношении к обороту цифры относительно постоянны - 9-13%. Другими словами, каждая 10-я марка, полученная предприятием, должна уплачиваться в бюджет независимо от финансового результата.

Однако, в целях стимулирования малых предприятий законодательными актами предусмотрено, что в первые годы своей деятельности они получают определенные льготы, которые касаются выплат налога на прибыль, получения банковских кредитов.

Для поддержки производственного и инновационного предпринимательства большое значение имеет освобождение от налога на прибыль, направленную на финансирование в порядке долевого участия капитальных вложений производственного и непроизводственного назначения, а также погашение кредитов банков, полученных и использованных на эти цели; на проведение предприятиями и организациями научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ; в качестве добровольных взносов в фонд поддержки предпринимательства и развития конкуренции.

В целом, однако, действующая в России налоговая система не носит научно обоснованного характера и не способствует быстрому развитию предпринимательства.

Особенностью налоговой системы является ярко выраженный фискальный характер, хотя по отдельным видам предпринимательской деятельности предпринята попытка стимулирования производственного, инновационного, мелкого предпринимательства.

Тем не менее, существующие налоговые ставки "душат" предпринимательство в промышленности, строительстве, науке. Как свидетельствует мировой опыт, у налогоплательщиков можно безболезненно изъять до 20% совокупной суммы доходов. Расширенное воспроизводство может успешно осуществляться при совокупных налоговых ставках до 25%. Налоговая ставка более 32% приводит к прекращению даже простого воспроизводства. Абсолютная величина поступлений в бюджет сокращается, теряются стимулы предпринимателей развивать свою деятельность, появляется желание скрыть доходы от государства.

Опросы предпринимателей в отдельных регионах России, проведенные Торгово-промышленной палатой РФ, показали, что из них 75 - 80% считают действующую налоговую систему неэффективной, уничтожающей предпринимательство в зародыше и провоцирующей уклонение от уплаты налогов.

Нестабильность системы, изменчивость налогов, их высокие ставки формируют криминальный характер поведения предпринимателей. Многие не только скрывают свои доходы, но и переправляют значительные средства на Запад.

Налоговые системы в развитых странах играют не только фискальную и стимулирующую роль, но являются действенным экономическим механизмом согласования интересов государства и предпринимателей. Во всех этих странах существует жесткая законодательная регламентация управления налоговой системой. Вместе с тем она обладает большой гибкостью, реагируя на изменения экономических условий.

Действующее в России налоговое законодательство носит не только фискальный, но и штрафной характер. Поэтому предприниматели используют различные методы сокрытия доходов, причем со стороны арбитражного суда и налоговых служб "сокрытие" и "занижение" трактуются как однозначные понятия.

Развитие предпринимательства сдерживают также следующие моменты: взыскание за одно налоговое нарушение одновременно двух штрафов; огромные размеры штрафных санкций; отсутствие системы предотвращения налоговых нарушений со стороны предпринимателей; отсутствие современных способов защиты прав и интересов предпринимателей - налогоплательщиков; чрезмерные права налоговой инспекции; нечеткая регламентация ответственности налоговых чиновников за нарушение прав предпринимателей - налогоплательщиков и другие.

К числу основных недостатков налоговой системы относятся: скрытая налоговая дискриминация многих секторов промышленности, особенно предприятий-производителей, в частности, ограничения на отнесение на себестоимость экономически обоснованных затрат; противоречия в системе налога на добавленную стоимость (НДС); отсутствие разумных пределов применяемых санкций; большое количество различных налогов и других обязательных платежей; ее нестабильность и другие.

Решение проблемы налоговой системы (если не решение, то, по крайней мере, выход из тупика) видится в Налоговом кодексе. Хотя "кодексов сейчас больше, чем налогов". В кодексе, предложенном правительством в прошлом году, предполагалось уменьшить налоговое бремя, но величина изъятий все равно осталась бы большой. Доходы консолидированного бюджета в прошлом году должны были составить примерно 753,6 триллиона рублей, если бы действовал Налоговый кодекс, этот показатель составил бы 733,8 триллиона, т. е. принятие кодекса приведет к снижению налоговых обязательств всего на 20 триллионов рублей 1 .

Налоговый кодекс этого года, также предложенный правительством во главе с Черномырдиным, предполагает сократить число налогов до трех десятков, общую налоговую нагрузку понизить всего на 2% от ВВП. Остальные проекты либо не серьезно просчитаны, либо предполагают проведение радикальной налоговой реформы, пугающей не только исполнительную власть, но и законодателей. Но даже в новом правительственном варианте Налогового кодекса не реализованы обе оправдывающие само существование кодекса (как свода законов) идеи: в нем нет ни внутренней непротиворечивости, ни реформы.

Выступая 24 февраля 1994 года в Федеральном собрании, президент России Б. Ельцин подчеркнул, что "в такой налоговой системе любому предприятию, предпринимателю честно можно умирать, причем мучительной смертью. Жить невозможно. Да и собрать все, что причитается государству, невозможно".

В странах с рыночной экономикой существует развитая сеть правовых институтов, регулирующих сложный комплекс взаимоотношений между участниками и посредниками инвестиционного процесса.

В России нет пока института, который выступал бы посредником между заказчиком и подрядчиком и обеспечивал контроль за ценой, качеством и сроками реализации инвестиционного проекта, защищал бы интересы инвестора -п редприятия, как это делал Стройбанк, защищавший интересы инвестора -государства. Для формирования адекватных институциональных структур потребуются годы, и именно здесь нужна помощь государства.

В этих условиях, когда нет еще ни благоприятного для инвестирования макроэкономического климата, ни необходимых правовых и финансовых институтов, ожидать, что стереотипы хозяйственного поведения на уровне предприятия могут быстро измениться, вряд ли разумно.

Произошел слишком резкий переход от ситуации "ненасыщенного инвестиционного голода", когда, по выражению Я. Корнаи , "не было ни одного предприятия или общественного учреждения, которое не хотело бы осуществлять капиталовложения, когда спрос на капитальные вложения не лимитировался боязнью убытков или краха"2, к современному состоянию полной ответственности за принятие решений и нахождение источников финансирования.

В хозяйственном поведении российских экономических субъектов по инерции преобладает стремление переложить риск и ответственность на все общество, т. е. на государство, а экономический интерес гасится тем государством с его агрессивной налоговой политикой. При этом риск за результаты инвестиционных решений государство "спустило" на предприятия, для которых формирование стратегии капиталовложений - дело непривычное. Это наиболее сложная сфера деятельности и в развитых странах. В итоге (как в любой нестабильной стране) в первую очередь решаются краткосрочные задачи.

Остался спрос на кредит и государственную помощь, однако инвестирование сдерживается не боязнью финансового краха или не возврата кредитов, а недостатком реальных финансовых ресурсов. Одно из последствий этого - огромная кредиторская задолженность, значительно превышающая дебиторскую.

По-прежнему питаются надежды на кредиты без жестких обязательств возврата. Более того, имеющиеся средства используются, как правило, не на инвестиции, а на текущие нужды. Таким образом, имеет место операционное, а не стратегическое управление. Поэтому проблематично ожидать кейнсианскую рыночную реакцию на увеличение государственных инвестиций, особенно в отраслях-монополистах, в том числе производящих производственное оборудование. В этих условиях финансирование капиталовложений инфляционно опасно.

Негативное воздействие на инвестиции оказывает стремление руководителей предприятий вкладывать полученные средства в социальные объекты в ущерб производственным ради сохранения рабочих мест, а не увеличения прибыли.

В развитых странах механизм принятия и реализации инвестиционных решений связан с финансовой ответственностью самих фирм. Это превращает инвестиционную деятельность в инструмент реализации нововведений, с которых и начинается разработка проектов. Нужны годы, чтобы вырастить кадры с принципиально иным хозяйственным поведением.

Читать далее: Личность, образование и этика.